Стейблкоины и регуляторный поворот в Швейцарии
Стейблкоины подвергли швейцарскую правовую базу более серьёзному испытанию, чем любой другой инструмент. Это токены, обещающие стабильную стоимость по отношению к какой-либо валюте, как правило к доллару США, и обычно обеспеченные резервами в виде банковских депозитов и краткосрочных государственных ценных бумаг. В июле 2024 г. FINMA опубликовала Руководство 06/2024 о стейблкоинах, в котором рассмотрела риски эмитентов и банков, предоставляющих им гарантии на случай дефолта. В руководстве указывалось, что эмитент стейблкоина, держатель которого имеет к эмитенту требование о погашении, как правило, принимает депозиты в смысле банковского законодательства. Банковская гарантия могла освободить эмитента от лицензионного требования лишь при соблюдении строгих условий, а FINMA отметила, что обязанности по противодействию отмыванию денег должны применяться ко всем держателям стейблкоина.1
Руководство выявило пробел в законодательстве. В Швейцарии не было категории лицензии, специально рассчитанной на выпуск стейблкоинов, которая сочетала бы строгие требования к резервам с более мягким режимом, чем полная банковская лицензия. В 2025 г. Федеральный совет открыл консультации по поправке к Закону о финансовых учреждениях (FinIA), которая предусматривает создание двух новых категорий: учреждения платёжных инструментов — для эмитентов стейблкоинов — и криптоучреждения — для поставщиков услуг хранения криптоактивов и торговли ими. Предложение призвано заменить действующую финтех-лицензию и теснее согласовать швейцарское регулирование с международными тенденциями. В части E, главе II уже упоминались эти консультации. Их дальнейшая законодательная судьба, включая содержание послания парламенту и дату вступления в силу, требует проверки.2
Швейцарская дискуссия о стейблкоинах затрагивает и Швейцарский национальный банк (ШНБ). Стейблкоин в швейцарских франках, получивший широкое обращение, конкурировал бы с банковскими депозитами и мог бы — в зависимости от того, как инвестируются его резервы, — повлиять на рынок краткосрочных швейцарских государственных бумаг и на передачу денежно-кредитной политики. Представители ШНБ высказывали сдержанное отношение к стейблкоинам частных эмитентов. Они указывали на преимущества токенизированных денег центрального банка и токенизированных депозитов, выпускаемых регулируемыми банками. Позиция ШНБ станет одной из переменных, от которых зависит, какой из описанных ниже сценариев реализуется в Швейцарии.3
Примечания
- FINMA Guidance 06/2024, «Stablecoins: risks and challenges for issuers of stablecoins and banks providing guarantees», 26 июля 2024 г. Требует проверки. ↩
- Федеральный департамент финансов, консультации по поправке к Закону о финансовых учреждениях (учреждения платёжных инструментов и криптоучреждения), открытые в октябре 2025 г., с пояснительным докладом. См. часть E, главу II. Статус требует проверки. ↩
- О позиции ШНБ в отношении стейблкоинов, токенизированных депозитов и оптовой цифровой валюты центрального банка см. выступления членов Правления ШНБ (2023–2025) и ежегодные доклады ШНБ о финансовой стабильности. Статус требует проверки. ↩
Только для общего ознакомления. Настоящая статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026 г.