Поправка о рыночном риске и внутренние модели
Соглашение 1988 года касалось только кредитного риска. По мере быстрого расширения торговой деятельности крупных банков в начале 1990-х годов убытки, которые могли возникнуть из-за изменения процентных ставок, валютных курсов, цен акций и цен на сырьё, стали для некоторых учреждений значимее кредитного риска. Комитет работал над системой требований в отношении рыночного риска параллельно с Европейским сообществом, которое в 1993 году приняло Директиву о достаточности капитала. Его первое предложение от апреля 1993 года опиралось на стандартизированные методы, которые многие банки считали грубыми.1
Тем временем крупные банки разработали собственные модели стоимости под риском (value at risk), оценивавшие максимальный убыток торгового портфеля при заданном уровне доверия за заданный период. В 1994 году J.P. Morgan опубликовал свою методологию RiskMetrics и тем самым сделал такие методы общедоступными. Комитет согласился с доводом, что эти модели измеряют риск точнее любой стандартизированной формулы. В январе 1996 года он опубликовал «Поправку к Соглашению о капитале с целью учёта рыночных рисков». Банки могли выбирать между стандартизированным подходом и собственными внутренними моделями при условии одобрения надзорного органа и соблюдения количественных и качественных требований.2
По меркам того времени эти требования были строгими. Модель должна была ежедневно рассчитывать стоимость под риском при одностороннем уровне доверия 99% для периода удержания в десять торговых дней, а полученный показатель умножался на коэффициент не менее трёх. Коэффициент мог быть повышен, если бэк-тестирование показывало, что фактические убытки превышали прогнозы модели чаще, чем ожидалось. Для выполнения требований в отношении рыночного риска можно было использовать новую категорию капитала — капитал третьего уровня (Tier 3), состоявший из краткосрочного субординированного долга.3
Поправка о рыночном риске ознаменовала поворотный момент в философии банковского регулирования. Впервые надзорные органы позволили банкам рассчитывать собственные требования к капиталу с помощью собственных моделей, что отражало убеждение, будто сложные банки понимают свои риски лучше любого правила, написанного надзорными органами. Именно здесь родилась идея чувствительности к риску, которая будет доминировать в «Базеле II». Вместе с тем поправка ввела опору на исторические данные и на допущение нормальных рыночных условий, опасность которой обнажит кризис 2007–2008 годов.4
Примечания
- Директива Совета 93/6/EEC от 15 марта 1993 г. о достаточности капитала инвестиционных фирм и кредитных учреждений; Basel Committee, консультационное предложение о надзорном режиме рыночных рисков (апрель 1993 г.). Требует проверки. ↩
- Basel Committee, Amendment to the Capital Accord to Incorporate Market Risks (январь 1996 г.), подлежала внедрению к концу 1997 года. Требует проверки. ↩
- Basel Committee (1996), часть B (использование внутренних моделей), включая мультипликатор и опубликованную одновременно систему бэк-тестирования. Требует проверки. ↩
- Критическую оценку опоры на внутренние модели, введённой в 1996 году, см. Tarullo, Banking on Basel: The Future of International Financial Regulation (Peterson Institute for International Economics, 2008), главы 3 и 5. Требует проверки. ↩
Только для общего ознакомления. Настоящая статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026 г.