Политическая экономия согласия
Налоговая политика Цуга никогда не была политикой одной партии или одного правительства. На протяжении послевоенных десятилетий её поддерживал широкий консенсус, включавший католических консерваторов, позднее христианских демократов, либералов и, с оговорками, часть левых. Этот консенсус опирался на три основания.
Во-первых, на очевидную выгоду для населения. Доходы от компаний позволяли кантону и коммунам снижать налоговую нагрузку на всех жителей, включая рядовых служащих, крестьян и пенсионеров, не имевших никакого отношения к международным компаниям. Самым прямым выражением этой выгоды было снижение коммунальных налоговых коэффициентов, описанное ниже. У избирателя в Баре или Хаме, который год за годом видел, как уменьшается его собственный налоговый счёт, было мало причин выступать против политики, дававшей такой результат. Во-вторых, на пропорциональную политическую систему, установленную конституцией 1894 года. Пропорциональное представительство обеспечивало всем значимым политическим течениям место в кантональном парламенте, а благодаря практике конкорданса — и в правительстве. Критики налоговой политики были представлены, и их доводы выслушивались. В ответ на них политику корректировали в частностях, не отказываясь от неё. Консенсусная культура, которую взрастила старая федерация города и Amt и которую модернизировало пропорциональное представительство, сделала эту политику устойчивой.
В-третьих, на народное голосование. Каждый крупный пересмотр налогового закона подлежал референдуму, и ряд из них выносился на голосование народа. Избиратели подтверждали эту политику всякий раз, когда их об этом спрашивали, и тем самым придавали ей демократическую легитимность, которую критикам за пределами кантона было трудно оспорить. Довод о том, что налоговая политика служит узкой элите, с трудом выдерживал сопоставление с фактом неоднократных народных большинств.
У консенсуса была своя цена. Те, кто не получал своей доли выгоды, прежде всего жители без собственности, сталкивавшиеся с ростом арендной платы по мере повышения привлекательности кантона, имели мало политического веса. Сосредоточение международных компаний и состоятельных жителей на небольшой территории взвинтило цены на землю и жильё, так что успех кантона стал для части его населения источником трудностей. Это напряжение, которое часть K рассматривает под заголовком нехватки жилья, — современная форма старого распределительного конфликта между теми, кто контролировал поток иностранных денег, и теми, кто его не контролировал.
Только для общего ознакомления. Настоящая статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026 г.