Планирование урегулирования: чрезвычайные планы, планы восстановления и возможность урегулирования

Постановление о банковской несостоятельности 2012 года

Требования к капиталу и ликвидности направлены на то, чтобы сделать крах менее вероятным. Планирование урегулирования касается случая, когда крах всё же происходит. Правовая основа была частично заложена ещё до 2011 года. Со времени пересмотра Закона о банках в 2004 году предшественница FINMA, Федеральная банковская комиссия, обладала полномочиями предписывать в отношении банков защитные меры, процедуру санации и конкурсную ликвидацию.¹ Законодательство TBTF расширило эти полномочия и придало им новую цель. FINMA реализовала расширенную правовую базу в своём Постановлении о банковской несостоятельности от 30 августа 2012 г., вступившем в силу 1 ноября 2012 г. и заменившем прежнее Постановление о банковском банкротстве. Новое постановление объединило правила о санации и банкротстве в едином акте. Оно позволило FINMA в ходе санации обеспечивать продолжение отдельных важных банковских услуг без санации всего учреждения, конвертировать долг в акционерный капитал и предписывать иные меры в отношении капитала.²

Конвертация долга в акционерный капитал по распоряжению органа власти, известная как bail-in, стала центральным инструментом режима. Её логику легко сформулировать и трудно реализовать. Если убытки банка превышают его акционерный капитал, орган списывает акции и конвертирует определённые долговые инструменты в новые акции, так что банк выходит из процедуры с восстановленной капитальной базой и новыми владельцами. Поскольку банк продолжает работать, его системно значимые функции сохраняются, а его контрагенты не вынуждены проходить через беспорядочную ликвидацию. Убыток вместо налогоплательщика несут кредиторы, чьи требования конвертируются. Закон о банках в редакции, действующей с 2023 года, устанавливает очерёдность конвертации требований: сначала субординированные требования, затем облигации bail-in, затем прочие требования, за исключением вкладов, и в последнюю очередь вклады.³

Стратегия единой точки входа

7 августа 2013 г. FINMA опубликовала позиционный документ об урегулировании глобальных системно значимых банков. В нём предлагалось, чтобы надзорный орган страны происхождения руководил координацией общегрупповых планов восстановления и урегулирования, а убытки несли кредиторы, включая держателей старших облигаций, которые участвовали бы в рекапитализации учреждения. FINMA выступила за подход единой точки входа (single point of entry), при котором меры по урегулированию применялись бы на уровне головной компании группы, а убытки передавались бы от дочерних компаний вверх к этой компании. Это позволило бы продолжать экономически критически важные функции и упорядоченно сворачивать иностранные дочерние компании без национальной изоляции активов (ring-fencing), осложнявшей прежние трансграничные банкротства. FINMA подчеркнула, что её позиция соответствует рекомендациям Совета по финансовой стабильности и проекту руководящих принципов Европейского союза, опубликованному в июне 2013 года.⁴

Стратегия единой точки входа требовала особой структуры группы. Холдинговая компания на вершине группы выпускала бы облигации bail-in для внешних инвесторов и передавала бы привлечённые средства вниз операционным дочерним компаниям в форме внутренних инструментов, способных поглощать убытки. В кризисной ситуации FINMA конвертировала бы внешние облигации на уровне холдинговой компании, а убытки операционных дочерних компаний передавались бы вверх через внутренние инструменты. Оба крупных банка соответствующим образом перестроили свою юридическую организацию. В 2014 году UBS учредил UBS Group AG в качестве новой холдинговой компании и передал свой швейцарский розничный и корпоративный бизнес новой дочерней компании UBS Switzerland AG, начавшей работу в 2015 году. Credit Suisse создал Credit Suisse (Schweiz) AG, которая приняла швейцарский бизнес в 2016 году, и учредил промежуточные холдинговые компании для своей деятельности в Соединённых Штатах и Соединённом Королевстве.⁵

Эти реорганизации относятся к наиболее заметным следам режима TBTF в Цюрихе. Создание новых юридических лиц со своими советами директоров, балансами и лицензиями повлекло за собой большой объём внутренних договоров об услугах, данных и персонале. Чрезвычайный план зависел от способности швейцарской дочерней компании продолжать работу, если остальная часть группы находится в процессе урегулирования или банкротства. Поэтому ей требовался собственный доступ к персоналу, системам и помещениям, на которые она опиралась и которые на практике часто принадлежали другим компаниям группы. Создание сервисных компаний, которые продолжали бы предоставлять эти ресурсы в кризисной ситуации, стало значительной областью практики для юристов и консультантов в городе.

Три вида планов

Швейцарская практика различает три плана. План восстановления, подготавливаемый банком и утверждаемый FINMA, описывает, как банк может стабилизироваться собственными силами в трудной ситуации, с мерами в отношении как ликвидности, так и капитала по ряду сценариев. Чрезвычайный план, также подготавливаемый банком, показывает, как его системно значимые функции в Швейцарии могли бы продолжаться без перерыва в случае угрозы неплатёжеспособности банка. FINMA ежегодно его проверяет и устанавливает сроки для устранения недостатков. Наконец, план урегулирования подготавливает сама FINMA; он описывает, как она при необходимости провела бы санацию или сворачивание банка.⁶ В первом публичном докладе FINMA об урегулировании 2020 года было изложено то же разделение: план восстановления банка для самостабилизации, его чрезвычайный план для продолжения швейцарских системно значимых функций и глобальный план урегулирования FINMA для группы в целом.

Три плана основаны на разных допущениях. План восстановления предполагает, что руководство банка готово и способно действовать, пока ещё есть время. Чрезвычайный план предполагает, что швейцарский бизнес может быть отделён от группы. План урегулирования предполагает, что bail-in может быть осуществлён трансгранично, признан иностранными судами и надзорными органами и за ним последует правдоподобная реструктуризация. События 2023 года проверили все три допущения, и ни одно из них не прошло проверку без потерь.

Оценка урегулируемости

Публичный срок для чрезвычайных планов, к установлению которого Федеральный совет призывал в 2015 году, был определён пересмотром 2016 года — конец 2019 года. В феврале 2020 года FINMA опубликовала свой первый всеобъемлющий публичный доклад об урегулировании. В нём констатировалось, что Credit Suisse выполняет установленные законом требования о готовом к реализации чрезвычайном плане. Чрезвычайный план UBS также был признан эффективным, но с оговоркой: у UBS всё ещё имелось существенное условное обязательство в размере 16,8 млрд швейцарских франков, которое надлежало значительно сократить в течение 2020 года и устранить к концу 2021 года. Ни один из трёх внутренних банков не был признан полностью готовым к реализации. Что касается глобальной урегулируемости, FINMA констатировала, что оба крупных банка добились значительного прогресса, но подготовительные меры ещё недостаточны для полностью правдоподобного глобального плана урегулирования. Она также пояснила преимущество стратегии единой точки входа: поскольку урегулирование будет проводиться на уровне холдинговой компании группы, FINMA сможет управлять им самостоятельно, не координируя урегулирование множества юридических лиц иностранными органами.⁷

В докладе об урегулировании 2022 года был зафиксирован дальнейший прогресс в направлении глобальной урегулируемости, включая улучшения в операционном разделении групп, в информационных системах по ликвидности и капиталу и в способности провести реструктуризацию после bail-in. FINMA заявила, что её стратегическая цель — завершить планирование TBTF не позднее 2024 года. Она добавила, что часть работы, в частности по оценкам и реструктуризации, не будет завершена до конца 2022 года.⁸ Таким образом, в месяцы, предшествовавшие марту 2023 года, швейцарская система урегулирования казалась близкой к завершению. Правовые инструменты существовали, капитал был привлечён, структуры групп были адаптированы, а чрезвычайные планы двух крупных банков были утверждены.

Пересмотр Закона о банках 2021 года и новое Постановление FINMA о несостоятельности

Последним элементом системы, сложившейся до 2023 года, стал пересмотр Закона о банках в части несостоятельности, защиты вкладов и обособления. Принятый парламентом 17 декабря 2021 г., он был введён Федеральным советом в действие 1 января 2023 г. Пересмотр закрепил положения о несостоятельности банков, включая bail-in, на уровне формального закона. Он усилил защиту вкладов, потребовав более быстрой выплаты защищённых вкладов, и позволил кантональным банкам выпускать инструменты, предназначенные для санации.⁹ FSB приветствовал перенос положений о bail-in из постановления FINMA в Закон о банках как источник повышенной правовой определённости для инструментов урегулирования.¹⁰ Правовая определённость имела значение, поскольку держатели облигаций bail-in, многие из которых являются институциональными инвесторами в Соединённых Штатах и других странах, скорее всего оспорили бы любую конвертацию в иностранных судах.

Консолидация правил о несостоятельности продолжилась и после кризисного периода. 1 октября 2025 г. вступило в силу новое Постановление FINMA о несостоятельности. Оно заменило Постановление о банковской несостоятельности 2012 года вместе с соответствующими постановлениями для страховщиков и схем коллективного инвестирования, унифицировало процессуальные правила для различных категорий учреждений и реализовало изменения Закона о банках, действующие с 2023 года.¹¹ Таким образом, институциональный механизм урегулирования сегодня опирается на законодательную основу и единое надзорное постановление, тогда как в 2012 году он во многом основывался на постановлении, изданном самим надзорным органом.

Примечания

1. Alexandre Richa, «Le droit de l’insolvabilité bancaire est profondément modifié», Centre de droit bancaire et financier (CDBF), 1 июля 2004 г., https://cdbf.ch/217/: пересмотр Закона о банках (ст. 25–37g) вступил в силу 1 июля 2004 г. и сделал Федеральную банковскую комиссию единственным органом, компетентным в вопросах защитных мер, процедуры санации и банкротства банков, — полномочия, ранее разделённые между Комиссией и кантональными органами, такими как суды по делам о банкротстве. ↩
2. FINMA, пресс-релиз «Bankeninsolvenzverordnung-FINMA tritt in Kraft», 22 октября 2012 г., https://www.finma.ch/news/2012/10/mm-inkraftsetzung-bankeninsolvenzverordnung-finma-20121022/. ↩
3. Закон о банках, ст. 30b, перевод KPMG (см. выше). Статья 30c устанавливает требования к плану санации, включая принцип, согласно которому кредиторы не должны оказаться в худшем положении, чем при немедленном банкротстве. ↩
4. FINMA, пресс-релиз «FINMA position paper on the resolution of systemically important banks», 7 августа 2013 г., https://www.finma.ch/en/news/2013/08/mm-pos-sanierung-abwicklung-20130807/; сам документ опубликован как FINMA, Resolution of global systemically important banks, 7 августа 2013 г., https://www.finma.ch/en/~/media/finma/dokumente/dokumentencenter/myfinma/finma-publikationen/diskussionspapiere/diskussionspapier-20130807-sanierung-abwicklung-global-systemrelevante-banken.pdf?la=en. ↩
5. UBS Group AG, «UBS announces successful implementation of UBS Switzerland AG», сообщение ad hoc от 14 июня 2015 г., https://www.ubs.com/global/en/media/display-page-ndp/en-20150614-adhoc-20150614.html; о листинге UBS Group AG как новой холдинговой компании в ноябре 2014 года: Wikipedia, «UBS», https://en.wikipedia.org/wiki/UBS; о передаче швейцарского бизнеса Credit Suisse вновь учреждённой Credit Suisse (Schweiz) AG в ноябре 2016 года: Wikipedia, «Credit Suisse (Schweiz)», https://de.wikipedia.org/wiki/Credit_Suisse_(Schweiz). Оценочный доклад Федерального совета 2021 года подтверждает, что к тому времени оба швейцарских G-SIB создали холдинговые компании с выделенными швейцарскими дочерними компаниями, в которых сосредоточены их системно значимые функции (Федеральный совет, Bericht zu den systemrelevanten Banken, см. выше, с. 11). ↩
6. FINMA, «Switzerland’s ‘too big to fail’ regime for banks» (см. выше); FINMA, Resolution Report 2020 (см. выше), — о том же трёхчастном разделении. ↩
7. FINMA, Resolution Report 2020 (см. выше), с. 2, 20 и 31. ↩
8. FINMA, Resolution Report 2022, https://www.finma.ch/en/enforcement/recovery-und-resolution-n/publikationen/resolution-report/archive/resolution-report/. ↩
9. LAW.CH, «BR setzt Änderung von Bankengesetz und Bankenverordnung auf 01.01.2023 in Kraft», ноябрь 2022 г., https://law.ch/lawnews/2022/11/br-setzt-aenderung-von-bankengesetz-und-bankenverordnung-auf-01-01-2023-in-kraft/. ↩
10. FSB, Peer Review of Switzerland (см. выше), с. 21. ↩
11. FINMA, пресс-релиз «FINMA publishes consolidated ordinance covering the insolvency proceedings at financial market institutions», 4 сентября 2025 г., https://www.finma.ch/en/news/2025/09/20250904-mm-insolvenzverordnung/. ↩

Только для общего ознакомления. Настоящая статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026 г.